Последние новости

Вход для пользователей

Память... Автор Мадриль Гафуров

                                                               

                      «ПОСЛЕДНИЙ ИЗ МАГИКАН»

                         Слово о старшем брате и попутно о себе …

     Пять лет назад (летом 2013 года), скромно отметив свое 80 – летие, после тяжелой и продолжительной болезни, навечно ушел от нас широко известный не только в Башкортостане поэт, писатель и публицист, талантливый переводчик на русский язык произведений башкирских писателей и поэтов Марсель Абдрахманович Гафуров - заслуженный работник культуры БАССР и РСФСР, лауреат премий имени Степана Злобина, Булата Рафикова и Мажита Гафури, мой старший брат.

  

Родился он 10 мая 1933 года в селе Мраково Кугарчинского района Башкирии. В этот же день (10 мая) ровно через три года впервые увидел солнце и я. Так уж распорядилась судьба, о чем наш незабвенный дядя Мухамат по материнской линии шутил: «Ворошиловским стрелком» был ваш отец - Абдрахман Азеевич, дважды в десятку попал!

   Но суть не в дате нашего рождения, а в том, что наш отец, человек от земли - зоотехник, сложивший голову в боях с фашистской гидрой на Пулковских высотах, защищая Ленинград, заложил в нас не только душу, но и общечеловеческие ценности – доброту к людям, честность, правдивость, готовность безвозмездно, в меру сил помогать обиженным, оскорбленным, униженным и обездоленным, в какую бы социальную пору мы не жили, а все это называется Человечностью, ибо Человек - чело века, то есть его лицо, которое, как зеркало, отражает и будни, и яркие праздники многосложного бытия нашего общества…

     Раздумывая об этом или над этим, я попытался выразить свою оценку нашему поколению - шестидесятникам, «питомцам хрущевской оттепели», внесшему ощутимый вклад в развитие литературы, искусства и в целом культуры нашего края, а может и страны…

Мы - зеркала, отлитые неплохо,

и от рожденья до последних дней,

мы отражаем целую эпоху

и сами отражаемся мы в ней.

     Слова эти, безусловно, напрямую относятся и к моему брату, Человеку, всю свою жизнь творившему «разумное, доброе, вечное», на поприще   журналистики, литературы, искусства - в целом культуры, и в быту. Да, о человеке судят не только по его труду, но и по тому, кого он взрастил взамен себя. Его дети - дочь Светлана и сын Тимур продолжают не только его (нашу) фамилию, но и проложенную отцом «гафуровскую» стезю в самозабвенном творчестве, также на поприще журналистики и поэзии. Имя

журналистки и поэтессы Светланы Гафуровой   давно известно в республике по ее статьям, стихам и книгам. Тимур же, успешно окончив авиационный

институт, занялся предпринимательством, и был для меня личностью несколько скрытной. Но, оказывается, он тоже исподтишка «кропал» стихи

и в прошлом году выдал в газете «Истоки» целую полосу очень даже добротных своих творений. (Оцениваю их отнюдь не из родственных чувств). Вот одно из них:

Отец немногословен был, он рос с войною

и в тридцать перестал писать стихи…

Я в том же возрасте был занят ерундою

и мешаниной всякой чепухи.

Стихи нельзя придумать, их находят,

как будто ищут драгоценный клад…

Поэт вторым не может быть в природе,

вторым бывает повар и солдат.

Он не хотел бы стать одним из многих –

безликих и невнятных лиц в толпе,

судил себя придирчиво и строго

и мерой высшею отмеривал себе.

Со снимка старого он смотрит, не старея,

парнишка юный, молодой солдат …

Мне кажется, он был тогда мудрее

меня – сегодняшнего, много лет назад.

   Для меня брат тоже всегда был примером. Не скрою, и в пору детского и юношеского раздолья, когда он верховодил довольно «вольнолюбивой», мягко говоря, от безотцовщины аульной братвой (мы лазали по бахчам и огородам, прихватывая по ходу и кое – что иное во дворах односельчан), но не от «разбойного удальства», голод – не тетка, а дома – четыре пустых угла, да больная мать, и во рту частенько ни маковой росинки…

   Но мы не пошли по кривой дорожке, сумели устоять. И в этом, безусловно, заслуга нашей незабвенной мамы, безграмотной солдатской вдовы, которая, не имея педагогических навыков, нашла к нашим опаленным и истерзанным военным лихолетьем сердцам, может быть, единственный в ту пору путь: сдерживая горестные слезы, она твердила нам: «этиегезнен исемен саклагыз, пычракламагыз!» (храните свято имя отца, не запачкайте!)…

   Не запачкали, мама, хотя нам, как и тебе, очень трудно жилось без отца, мы выжили…

   Да, выжили, выросли, шли по жизни честно, с высоко поднятой головой. И хотя сегодня у нас   другая страна, мы помнили и помним Советскую власть и благодарны ей. Она вскормила нас, пусть и не очень сытно, взрастила, выучила – дала высшее образование, оба успешно закончили Мраковское педучилище, а затем оба закончили  с отличием – брат Уфимский пединститут имени Тимирязева, я - Башкирский государственный университет, и получили прекрасную специальность – учителя. Вот что написал об этом брат в своем сборнике воспоминаний и рассказов «Территория памяти»:

«Малограмотная мать, работавшая то кастеляншей (ведала постельным и нижним бельем) в детдоме, то мастерицей в швейной артели, сумела поставить на ноги нас, меня и младшего брата. Мы, деревенские полусироты, не имевшие никакой поддержки, кроме как со стороны государства, получили высшее образование, и, смею думать, стали довольно известными журналистами и литераторами. Мой брат, Мадриль, работал в республиканской печати, затем – собственным корреспондентом Центрального телевидения и радиостанции «Маяк» по Башкирии, в переломный момент в жизни страны был избран членом правления Союза журналистов СССР и народным депутатом Верховного Совета нашей республики, я – членом правления Союза писателей Башкортостана и депутатом Уфимского городского Совета. Не из бахвальства пишу об этом, а чтобы показать: не так страшен черт, как его малюют. И в прежние времена люди жили более или менее полнокровной жизнью, имели возможность и без толстой мошны проявить свои способности». (Брат скромно не написал, что несколько лет руководил партийной организацией Союза писателей Башкирии).

   И хотя наша жизнь продолжалась по несколько иной стезе, мы и сегодня –учителя, ибо в каком бы жанре журналистики и литературы мы не работали, мы продолжаем «сеять разумное, доброе, вечное», передавая, мама, твой наказ нашим детям и внукам, и они тоже не позорят наши седые головы…

     А теперь я должен сделать небольшое отступление, вернее – экскурс.

     После отца, среди тех, кто стоял у истоков нашего воспитания и дальнейшей жизни, был учитель литературы и истории Николай Матвеевич Шарыгин, который в свою очередь учился у нашего отца и у нашего дяди Усмана Гумеровича Надырова, известного в округе мичуринца и радиолюбителя, что в ту пору было редкостью, одного из первых кавалеров ордена Ленина не только в Кугарчинском районе. Его именем названа одна из улиц в с. Мраково.

   Наставником нашим был и уже названный дядя Мухамат, который, находясь в рядах Красной Армии,   22 июня 1941 года участвовал в первом бою с фашистами у реки Буг… А затем, получив тяжелое ранение, вернулся в родной аул Увары, где вместе с женой – Фаткия – апой, более 40 лет учил уму – разуму уваринских детишек.

   Аул Увары нам обоим с братом очень дорог, хотя в метриках у нас местом рождения значится райцентр Мраково. В Уварах Мухамат – абый и Фаткия – апа, добрая, немногословная, почти круглосуточно занятая у печки алачыка (летней кухни – хибарки), вокруг которой в ожидании съестного вертелись мы и трое ее братишек, спасли нас от голодной смерти.

     А потом у нас появился отчим, и мы поочередно поступили в педучилище, где давали стипендию. Не большую, но все – таки эта была подмога маме…  

     И именно в педучилище наша учительница русского языка и литературы Ольга Николаевна Елеонская привила нам с братом любовь, прежде всего, к поэзии. Через ее руки и сердце прошли наши первые стихи, рассказы и информации... Вот текст моего короткого интервью, переданного в Мраково из Уфы по телефону, и опубликованного в районной газете «Слава труду» в канун встречи через 50 лет выпускников педучилища:

   «Для нас Мраковское педучилище – это та серебряная ступенька, с которой началась наша творческая биография. А у истоков нашего журналистского и писательского творчества (брата и моего) стояла замечательный педагог Ольга Николаевна Елеонская, которой мы бесконечно благодарны. В целом Мраковское педучилище – уникальное учебное заведение, которое дало югу Башкортостана множество прекрасных педагогов и ученых».

   Это были очень счастливые годы. Отдававшие нам свои знания и заботу замечательные учителя навсегда вошли в наши сердца. И в первом ряду нашей памяти – О.Н.Елеонская, отличник просвещения Российской Федерации, кавалер орденов Трудового Красного Знамени и «Знак Почета».

   А старший брат был для меня примером и когда мы, отдав свой воинский долг Отчизне, – он в авиации (в Чите и Рязани), я на - Тихоокеанском флоте, пришли друг за другом в редакцию замечательной, можно даже сказать - «легендарной» республиканской комсомольско – молодежной газеты «Ленинец», в ряды ее прекрасного коллектива, где Марсель Гафуров прошел путь от литсотрудника до главного редактора и проработал там в общей сложности 14 лет. Уместно сказать, что при его руководстве «Ленинцем» тираж этой газеты превышал 170 тысяч экземпляров, что нынешним редакторам республиканских газет и не снится…

     В 1971 году по независящим от меня причинам меня перевели в редакцию газеты «Советская Башкирия», а через год туда же назначили заместителем главного редактора брата. В «Советской Башкирии» он проработал еще 11 лет, а затем ушел, как говорится, на «вольные хлеба» – в писательство. Но не долгой оказалась «воля» – писатели Башкирии избрали его секретарем своей партийной организации и   литературным консультантом. И можно сказать, что   собственное творчество Марселя Гафурова, которое началось с первой заметки в газете «Пионерская правда» (Москва) 65 лет назад, вновь отошло на второй план…

     И тут я призываю на помощь Народного поэта Башкортостана, нашего земляка из Кугарчинского района (ныне покойного) Александра Филиппова, вернее,   выдержки из его статьи «Писатель – призвание пожизненное»:

«Мы еще не знали друг друга, когда наши стихи впервые появились в республиканской печати – в одном и том же номере газеты «Ленинец». Даже сверстаны были рядом. (Было это 30 мая 1951 года.- М.Г.)._ Так мы

познакомились заочно. А вскоре стали неразлучными друзьями, поступив в Уфе в пединститут имени Тимирязева, на факультет языка и литературы, где

царила атмосфера поклонения поэзии. Как напишет потом мой друг, мы угодили «в первую послевоенную волну, которая выплеснула в литературу и журналистику очень заметное пополнение».

   По окончании института Марселя призвали в армию. Три года службы стали годами бурного поэтического творчества.

   (Служба в Забайкалье, затем на Волге и под Москвой дала молодому поэту богатые впечатления о Родине. Получив специальность военного авиамеханика, он живет среди летчиков - М.Г.).

   Его стихи часто появлялись в то время и в уфимских, и в московских изданиях – журнале «Советский воин», газетах «Красная звезда», «Советская авиация», «Комсомольская правда», были включены в коллективные книги «Я – солдат», «Любовью дорожить умейте».

   В 1960 году в Уфе вышел в свет его поэтический сборник «Ранний снег». Все говорило об успехе, и вдруг поэт разочаровался, решил больше не писать стихи, стать просто хорошим журналистом…

( Рами Гарипов подарил ему свою книгу «Песнь жаворонка» с надписью: «Марселю Гафурову – с большой обидой за то, что ты совершаешь преступление против поэзии. Может, вернешься – еще не поздно. Кто же еще, если не ты?)».

   Правда, со временем его вновь потянуло к стихам. Поэтический дар не был утрачен, об этом свидетельствует, например, стихотворение «Шульган – таш», написанное в начале 80 – годов:

Сквозь тьму веков,

сквозь двадцать тысяч лет,

веселый пращур посмотрел в глаза мне,

когда на миг пригрезился на камне,

там, где оставил свой бессмертный след.

Мне видится в пещерной глубине,

как рядом с ним, треща, горело масло,

как пламя то взвивалось вверх, то гасло,

и тени бесновались на стене.

Лохматые сородичи, дивясь,

не понимая, на него глядели…

Он рисовал, когда другие ели,

добычею охотничьей давясь.

Не понятый никем в своем роду,

он рисовал томимый странной жаждой,

предчувствуя, быть может, что однажды

сюда, к рисункам этим, я приду.

Что позову его из темноты,

и поражусь …

Нет, не его обличьем –

а собственным сознаньем и величьем –

плодом его пронзительной мечты.

Еще бродили мамонты окрест,

но в катакомбах каменного века

мечта его творила человека,

живущего не только тем, что ест.

В широкий мир его влекла река,

тогда еще не названная Белой,

она в теснине между скал шумела,

спеша на струях унести века.

На берегах в рассветные часы

лесные птицы, как сейчас, кричали,

и липы запах меда источали,

роняя с листьев капельки росы.

Задумчиво с прибрежного холма

сходил к воде тот человек безвестный –

ему пещера становилась тесной,

как нам – многоэтажные дома.

Он, опьяненный красками земли,

взволнованный загадкой мирозданья,

под звезды первым вышел на свиданье,

и от него романтики пошли.

В его глазах я видел торжество:

он начинал – и вот в ракетном гуле

уже в бездонность звездную шагнули

мечтатели – наследники его.

   Ах, какое замечательное стихотворение!

   Но дар свой Марсель Гафуров в последние годы проявлял главным образом в переводческой работе. И хотя перенес обширный инфаркт, затем инсульт, к тому же, упав в гололед, получил перелом шейки бедра, почти до последнего дня брат не покидал своего «рабочего места» за скрипучим столом перед стареньким компьютером, корпя над переводом очередного башкирского произведения.

     Благодаря его титаническому переводческому труду русскоязычный читатель не только Башкортостана, но и всей   России и других республик бывшего СССР, смог познакомиться с великолепными стихами башкирских поэтов Рами Гарипова, Назара Наджми, Сайфи Кудаша, Марата Каримова, Якуба Кулмыя, Рамиля Янбекова, а также Мифтахетдина Акмуллы. Значительную часть сборника, вышедшего в свет в канун 150 – летия М.Акмуллы, которого считают своим и башкиры, и татары, и казахи, составляют стихотворения Акмуллы в переводе Марселя Гафурова.

   В его переводе на русский язык вышли в свет в Уфе и Москве романы Дениса Исламова, Фарита Исангулова, Джалиля Киекбаева, Нугумана

Мусина, Кирэя Мэргэна, Булата Рафикова, Амира Аминева, повести Вазиха Исхакова и Рашита Султангареева, а также книгн Шагита Худайбердина, Зиннура Ураксина и Тансулпан Гариповой – всего тираж переведенных Марселем Гафуровым и изданных на русском языке книг башкирских писателей составляет более миллиона экземпляров.

   Башкирские писатели считают Марселя Гафурова лучшим переводчиком своих произведений (чему способствовало отличное знание братом как русского, так и татарского и башкирского языков, истории и быта нашего края) и называют его «последним магиканиным» на переводческом поприще республики. В связи с переживаемым Россией жестоким тотальным кризисом хорошая, умная книга стала словно бы не нужна, не нужны стали и переводы.   К счастью, у нас в республике в это тягостное время сумели создать отличный русскоязычный журнал «Бельские просторы». Марсель Гафуров помогал ему и переводами – отмечен за них премией журнала, и своей прозой, всегда оригинальной, запоминающейся. И отрадно, что Союз писателей Башкортостана был намерен учредить премию имени Марселя Гафурова для награждения молодых переводчиков (напоминаю об этом нынешнему руководству Союза — М.Г.).

     «Порадовал он нас, - по словам Александра Филиппова, - и превосходным эссе «История с детективом и просто история». Это страстная, хорошо аргументированная отповедь московским сочинителям, которые – кто по невежеству, кто по злому умыслу, изменяя благородным пушкинским традициям русской литературы, клевещут на башкирский народ, пытаются показать его в зеркале кривды.

     Работа в газетах выдвинула Марселя Гафурова в ряд виднейших публицистов республики, да и России. Как очеркист он стал постоянным автором регионального литературного журнала «Урал». О качестве его очерков можно судить хотя бы по тому, что один из них был перепечатан из «Урала» ежегодником «Шаги» Союза писателей СССР, в который отбирались лучшие очерки литераторов страны, другой очерк – газетой «Голос Родины», издававшейся для соотечественников, живущих за рубежом.

   Своих книг Марсель Гафуров издал немного, всего десять. Но его стихи, публицистика, очерки рассыпаны, не считая газет и журналов, еще по трем десяткам коллективных книг, изданных в Уфе, Москве, Куйбышеве. За всем,

о чем он написал, видится родной Башкортостан – земли милее для него на свете не было.

     Он много ездил, сравнивал. Побывал в Азербайджане, Казахстане, Грузии, в Прибалтике, пересек Сибирь; в Узбекистане с газопроводчиками прошел по Каракумам и Устюрту. Ездил и в дальнее зарубежье. И о каждой поездке отчитывался перед читателями. Помнятся его путевые   записки «По следам железного каравана». «Британия с фасада», «В королевстве потускневших зеркал», «Там, у моря Ядрана» … Итогом поездок в ГДР стала изданная в

Москве книга «Сближение» - о дружбе Башкирии и округа Галле. И, наконец, к   его 80 - летию в издательстве «Китап» вышел в свет

сборник избранных произведений Марселя Гафурова под названием «Что было - то было …».

     Увлекательное чтиво, но, горько сознавать, что на фоне миллиона экземпляров книг башкирских писателей, переведенных на русский язык Марселем Гафуровым, его последняя прижизненная книга издана, к сожалению, мизерным тиражом – всего 500 экземпляров...

     Еще горьче от того, что переводческий труд Марселя Гафурова не всегда оценивался достойно и благодарно. Так, роман «Алдар — батыр» Нугумана Мусина, по мнению брата, одного из самых лучших его переводов, при прежнем руководстве издательства «Китап» не был даже оплачен.

     Другой пример. Дважды в московском журнале и коллективном сборнике был опубликован роман Амира Аминева «Китай - город» в переводе Марселя Гафурова на русский язык и удостоен премии Российского Федерального уровня. И опять же при оплате произведения переводчика обошли стороной...

   Особенно много сил, времени и здоровья Марсель Гафуров вложил в перевод романа Тансулпана Гариповой «Буренушка», удостоенного Государственной премии имени Салавата Юлаева. Изнемогая от усталости и болезни, брат даже попросил меня завершить перевод последней части романа …

   И что же ? Зная, что человек, вознесший их имена на небосклон российской литературы, а через русский язык ознакомил с их произведениями читателей других национальностей, тяжело болеет, не имеет средств для приобретения дорогих лекарств, они не то, что ни разу не посетили Марселя Гафурова ни в доме, ни в больнице, не помогли ему, но даже не изволили поинтересоваться по телефону о его здоровье и состоянии, и не проводили в последний путь...

   Настоящим кощунством считаю и поступок еще одного известного литератора, ныне покойного, поэтому имя его не называю... Встретившись с ним у магазина «Китап», я сказал ему, что брат тяжело болеет и, пожалуй, недолго уже проживет... В ответ тот, почесав затылок, проборматал: «значит, он меня уже не переведет...?». Я невольно поднял руку, чтобы дать ему оплеуху, но сдержался, лишь плюнул на его ботинок …

   Не могу промолчать и о таком факте. Мы с братом друг за другом в общей сложности более 20 лет проработали на посту заместителя главного редактора газеты «Советская Башкирия» - ныне газета «Республика Башкортостан», и считаю, что достойны хотя бы малейшего уважения со стороны редактора, кстати, недавно уволенного... Но, увы!

       За два года до смерти брата умерла моя бывшая жена — мама еще одной известной в республике журналистки, моей дочери — Заремы Низамовой (по фамилии мужа). Тогда я принес в редакцию этой газеты вместо некролога свое стихотворение «Уходит женщина...», посвященное покойнице, и получил словесную оплеуху. Редактор, недавно уволенная с должности, Э. Хорева, которую два «аксакала» журналистики учили писать информашки и редактировали ее первые «опусы», заявила: «Мы бесплатно некрологи не публикуем!». Я не стал говорить ей то, что в подобной ситуации следовало сказать, а пошел и внес в кассу редакции 4,5 тысячи рублей, причем, за публикацию своего литературного труда гонорара не потребовал...

     А накануне похорон брата, приняв участие в подготовке некролога от имени правления Союза писателей Башкортостана в связи со смертью Марселя Абдрахмановича Гафурова для республиканских газет, позвонил во второй половине дня Э.Хоревой, узнать: получила ли редакция некролог. «Нет!» - ответила она. Тогда я посоветовал ей обратиться к «соседям»: в редакции газет «Кызыл Тан» и «Башкортостан» (так поступали мы в свое время), куда текст некролога, как я узнал, уже поступил, но получил ответ: «Я не обязана искать, у меня нет времени ...». Некролог о смерти бывшего заместителя главного редактора газеты «Советская Башкирия» в этой газете не был опубликован. И вновь я промолчал, не сказав ей слова, которые в такой ситуации следовало сказать. И лишь через несколько лет, оказавшись вместе в поликлинике (болезнь не минует никого, кем бы ты ни был), высказал ей свой, уверен, праведный упрек... А ведь прощальное слово нужно не умершим, а живым, и к нам придет «старуха с косой»...

     Конечно, добрых людей значительно больше, чем черствых, если не сказать — подлых …

     И от имени своих родственников, друзей и просто знакомых выражаю сегодня вновь всем, кто поддержал нас в трудный час морально и финансами, свою искреннюю благоданость! Спасибо Вам, люди!

     Особая признательность бывшему председателю правления Союза писателей Башкортостана Рифу Галимовичу Тойгунову, увы, тоже внезапно ушедшему в мир иной.

     Хотя в день похорон брата он находился далеко от Уфы, приехал и проводил собрата по перу в последний путь. Пришел он к нам и на 40- й день после смерти брата. А затем, рассказывая по республиканскому радио о делах писателей, сказал, что своим трудом Марсель Абдрахманович Гафуров заслужил, чтобы Союз писателей учредил премию его имени для награждения молодых переводчиков. Надеюсь, новое руководство Союза писателей Башкортостана осуществит эту идею.

     Я всегда боготворил, не слепо, старшего брата потому: что, во – первых, как внушала мне мама, он остался мне вместо отца, во – вторых, я многому учился у него по жизни и в творчестве, стараясь быть на высоте его планки.

Впрочем, и сам по генам отца оказался не промах, а кое в чем и превзошел брата. Но и в этом есть его заслуга...

   И сегодня есть повод сказать о нем доброе слово, отнюдь не из родственных побуждений, и завершить очерк своим стихотворением, посвященным брату еще при его жизни:

Что ждет с тобой нас - рай иль ад,

гадать об этом не пристало…

Немало выпало нам, брат,

от жизни почестей, немало.

Живем мы так, как долг велит,

а долг - он сердцем продиктован,

нам сердце в Правде – верный щит,

а ложь - страшнее, чем оковы.

Его не сможешь обмануть,

предать тем более не сможешь,

и в этом нашей жизни суть

и рано путь свой нам итожить.

Мы ошибались, и не раз,

но чаще правыми бывали,

лишь никогда мы напоказ

своих побед не выставляли.

Бывает, нас чернит хула,

но мы - то, мы - то ведь не лживы,

нас вера в Доброту вела,

она жива и с ней мы живы.

И вновь встречаем зло в штыки,

и добываем Правду боем,

и получаем синяки,

но тем мы счастливы с тобою.

Что ждет с тобой нас – рай или ад,

гадать об этом не пристало …

Поэт – он пахарь и солдат:

Земля нам будет пьедесталом.

                                                   Мадриль Гафуров.

                                     

Добавить комментарий

Код нашего баннера

<a href="http://www.kprf102.ru/" target="_blank"><img src="http://www.kprf102.ru/images/kprf.jpg" alt="Башкирское отделение политической партии КПРФ" title="Башкирское отделение политической партии КПРФ" height="100" width="228"></a>

ВидеоКанал